Алексей
Иванов

вопрос автору

все поля обязательны для заполнения



04.03.2007 Надежда (Моск.обл)

Здравствуйте, Алексей! Уже в сотый раз пытаюсь отправить Вам письмо, но сервер мешает моим планам! Надеюсь, в этот раз получится.
Прочитала ваше интервью по поводу выхода первой книги. УЖАСНУЛАСЬ!!! Не думала, что ТАК все сложно!!!
Мне тоже очень нравится творчество Астафьева! Особенно роман "Прокляты и убиты" и рассказ "Людочка". Читать без слез невозможно! В связи с этим я не понимаю тех, кто ругает вас за то, что в "Общаге" вы сгустили краски. Они явно не читали Астафьева! Да, книги жесткие, но читать их НАДО! Потому что они заставляют о многом задуматься, учат сопереживать! А в наше время это важно, ведь многие сейчас живут по принципу : "Моя хата с краю, ничего не знаю!"
А с порядком выхода книг в "Азбуке" все нормально! Прсто мне показалось неслучайным, что самая зрелая книга вышла первой, а ранние повести последними (на данный момент). Я думаю, это правильно!
Вопрос мой звучит так: на одной из станций Московского метро известный журналист, психолог Шахиджанян вместе со своими соратниками занимается промоушеном своей книги "Соло на клавиатуре". Иными словами, просто продает! Он общается с людьми, рассказывает о книге, раздает автографы. И,знаете,покупают!!!! А как вы относитесь к такому "хождению в народ"? Неужели рынок своими жесточайшими условиями заставляет писателекй заниматься саморекламой?

ответ

Дорогая Надя!
Я уж перейду сразу к Шахиджаняну, хорошо?
Не вижу ничего удивительного в том, что люди покупают книгу, если им о ней рассказали (тем более, если рассказал автор-психолог, который знает, как нужно рассказывать). И рынок, действительно, заставляет заниматься саморекламой. Только вот в том случае, о котором вы рассказали, всё немного хитрее.
Вы рассказали мне, я напишу на сайт, ещё кто-то прочитает... Слух расползётся. В этом и есть реклама, а не в том, что кто-то кого-то хватает в метро за рукав. Причём, бесплатная реклама. В метро автор продаст пятьдесят книг, а с помощью такого слуха - пятьсот. Особенно, если участь, что на подобное шоу слетятся журналисты и потом покажут всё это по телевизору. И зрители запомнят эту фамилию: Шахиджанян. При случае, может, и купят книгу. Промоушен - вещь сложная, и зачастую одна его форма лишь маскирует другую. Но лично я так, как Шахиджанян, поступать не стал бы. Не тот темперамент.

02.03.2007 Юлия (из Закамска)

Спасибо за ответ, Алексей Викторович! Ценю.
Да, я понимаю, что Вы пишете рассказ о жизни, а не проповедь. Но как-то уж очень обезличенно, как-то уж совсем непонятно, есть ли у автора своя нравственная позиция, и если есть, то какая. Или это печать нашего растерявшего ориентиры времени?...
Насчет распространения книг через Интернет. До недавнего времени на Альдебаране были доступны Ваши книги (судя по отзывам читателей), а сейчас - только сообщение "Книга в библиотеке отсутствует". То есть кто-то борется с этим распространением, естественно, я решила, что это Вы.
Против размещения ссылки на мою страницу ничего имею!
С уважением, Юлия.

ответ

Юля, дорогая, право слово, я уж и не знаю, что сказать...
Мне кажется, что "выявлять свою позицию" - это примерно то же самое, что и писать роман для морали (о чём мы с вами и говорили ранее). Только на место Луки, Матфея и пр. ставить себя. Я не пишу с целью выявления своей позиции. С целью выявления своей позиции, на мой взгляд, пишутся манифесты, памфлеты, кодексы, инструкции по применению и всё такое.
Попробую объяснить иначе... Я прошу прощения за высокопарное сравнение, но что-то пока не могу придумать другого... А какая позиция, например, у ювелира? Он просто гранит камень, выявляя его красоту. Ну, и я просто ограняю нравственный потенциал ситуации делами своих героев и вообще набором персонажей. Ювелир не собирается доказывать, что бриллиант - это дорогой камень, и я не собираюсь доказывать, что быть хорошим - это хорошо. Какая позиция у автора в стихотворении "Бородино"? Его убеждение, что "не даром Москва, спалённая пожаром, французу отдана"? А до Лермонтова все думали, что даром? Мне кажется, что поиском ясно выраженной авторской позиции в романе (не только в моём, а вообще в литературном произведении) вы пытаетесь "поверить алгеброй гармонию" или же хирургическим путём отыскать в теле душу.
Можете считать этот мой пассаж свидетельством времени, "растерявшего ориентиры".

01.03.2007 Ласточка

Здравствуйте, Алексей Викторович!
В продолжение темы. Какой-то прямо незавершенный гештальт остался после вашего ответа на последний вопрос. Я попыталась на самом-то деле обсудить с вами тему - об образе родителей в самосознании ваших героев. Да, ценности у героев уже сформированы. Но не для всех ценностью становится образ отца и матери. Согласна, что вы об этом не писали. И что умножаю сущности. Готова тему на этом закрыть.
А вот про мечту Отличника об острове Тенерифе... Не верю я вам, что когда перед ним поочередно захлопываются все двери, он мечтает о любви между юношей и девушкой. Но что каждый мечтает "о тепле, комфорте и безопасности"... Нет, не каждый. Кто-то наоборот мечтает об адреналине. А кто-то о хлебе. Но мне показалось, что Отличник мечтал именно о тепле, потому что холодно на душе, и может быть даже не столько о безопасности, сколько об изоляции от нашего жестокого мира, "темного царства". Такой вот "луч света" конца 20 века. Хотя... "невыносимо жить без любви". Это прямым текстом из "Хвостика".
И хорошо, что Есенину было кому писать письма. Вы согласны?

ответ

Дорогая Ласточка!
Я согласен с вами, и не только по поводу Есенина. И вообще, мне кажется, мы говорим об одном и том же, но разными словами. В хлебе с адреналином Отличник не нуждался - думаю, вы не будете спорить. А вот в тепле и уединении (чтобы зализать раны) - да, нуждался. Но ведь я не случайно мечту Отличника воплотил именно в образе Тенерифе (Тенерифе, кстати, в Канарском, а не Гавайском архипелаге - я ошибся в прошлом посте). Тенерифе - это тропический остров. В понятие "тропики" и в понятие "остров" как раз и входят смыслы тепла и уединения (изоляции). А чтобы жить там было "выносимо", Отличник поселил на своём острове Серафиму. Ситуация с мечтой Отличника мне кажется объяснённой в романе вполне ясно.

01.03.2007 Юлия (из Закамска)

Здравствуйте, Алексей Викторович!
Прочитала роман «Золото бунта». Впечатление двойственное. Ваше писательское мастерство – выше всяких похвал. Описания природы, да и душевного состояния героев – уже не литература, а жизнь! Осташа получился типичный пермяк, с характерной манерой говорить, немногословным «зубастым» юмором, и в целом с приоритетом «дела» над «словом». Вызывает восхищение подробный рассказ о быте и самом образе жизни наших не столь уж далеких предков. Но задаешься вопросом: полностью ли он соответствует действительности, или здесь поработало воображение автора? Так ли были устроены барки? А «межеумки» тоже так назывались? Как происходила постройка барки? И назывался ли спуск барки на воду «спишка»? Ну и так далее. Не говоря о сплавщицких байках про «неназванный боец», завтрашних псах и истяжельчестве. Подозреваю, что это уже чистое воображение. Не то чтобы это было плохо, просто очень уж мало мы знакомы с историей родного края, и можем выдумку принять за реальный факт (или наоборот).
А вот смысл произведения… здесь я скорее согласна с читательницей Альдебаран.ру Анной Виноградовой: «…взыграло любопытство гуманитария: куда-де автора выведет столь не бесспорная мораль. В итоге особо никуда и не вывела. Мне очень не понравился главный герой, легко творящий отвратительные вещи, но при этом явно задуманный автором как положительный. Соответственно, не могу понять и то, как можно восхищаться автором, для которого такой герой – положительный».
И все же какое-то сочувствие, даже жалость вызывает Осташа. Жизнь его состоит из работы на износ, похоти и борьбы за выживание, а душа настолько темна и парализована страхом, что он идет на зверское убийство ребенка, которого мог бы обезвредить одной рукой. Выдержав нечеловеческие испытания, отказавшись и от власти, и от богатства, и от любви Бойтэ, предав товарищей, он обретает лишь нелюбимую жену и перспективу опять же бесконечной работы на износ, без каких-либо гарантий успеха. Финальные слова из Евангелия о церкви ничего не добавляют к его судьбе, поскольку в сердце своем Осташа не знает Бога, не знает Христа – как и почти весь наш сегодняшний «православный» русский народ...
Еще, Ваша книга помогла мне лучше понять природу язычества (было время, сама увлекалась современным язычеством – которое по своей сути не слишком отличается от древнего). Это – призыв к темным силам, которые есть и в каждом из нас, и вокруг нас. Не зря сатана назван в Писании «князем века сего». Но он уже побежден – Христом!
Однако, подробное описание обрядов, связанных с сексом, может кому-то показаться привлекательным и стать «рекламой» язычества. Хотите ли Вы этого?... А те, кому оно показалось непривлекательным, могут усмотреть здесь «очернение» малых народов. На сайте было письмо Яны про неадекватную передачу про шамана – по-моему, она хотела провести параллель с Вашими произведениями.
В целом, когда роман закончился, я даже испытала какое-то облегчение, хотя читать было очень интересно. В сердце запала только Чусовая. Этим летом я тоже впервые «сплавилась» по Койве - Чусовой, и, конечно, вспоминала сплав, читая роман. Вы – писатель, а я – любитель (писать), вот и описала свой сплав в небольшом очерке «Плыть или не плыть». Приглашаю ознакомиться (и со стихами тоже) на Литсовет.ру: http://www.litsovet.ru/index.php/author.page?author_id=5762
(Правда, не знаю, захотите ли Вы читать после такой «рецензии». Но думаю, что Вам интересны действительные мысли Ваших читателей. Если ошибаюсь – извините).
Вижу, Алексей Викторович, что Вы боретесь с бесплатным распространением своих книг через интернетовские библиотеки, в частности, Альдебаран. Кстати, там предлагают купить в Интернет-магазинах книги, которые рекламируются как Ваши (и на Вашей странице):
Ozon.ru: Клуб психологических бойцов. Трахни страх, 129 руб
Bolero.ru: Психология успешного бизнеса в России, 54 руб
Ozon.ru: Сердце Пармы, или Чердынь - княгиня гор, 241 руб
Ozon.ru: Современный подход к содержанию деятельности классного руководителя и развитию его педагогической культуры, 80 руб
Bolero.ru: Управленческая парадигма XXI века. Том 1, 65 руб.
Вы действительно все это написали?...
С уважением и пожеланием успехов не только в писательстве –
Юлия (из Закамска).

ответ

Уважаемая Юлия!
Сложно ответить на столь большое письмо. Но я попробую.
Историю (даже родного края) я бы советовал изучать не по романам, а по учебным, научным или научно-популярным изданиям. Просветительство - в моём понимании не главная функция исторического жанра. Если же в данном конкретном вопросе вы хотите отделить зёрна истины от плевел фантазии, то вычтите из "Золота бунта" мою книжку "Железные караваны" (она широко продаётся в Перми) или выходящую в марте книгу "Message: Чусовая"). Что останется - то выдумка. (Подскажу, что "Неназванный боец", "завтрашний пёс" и истяжельчество останутся, хотя, по-моему, это - секрет Полишинеля.)
Далее.
Любой читатель, даже Анна Виноградова, может придерживаться о любом произведении, даже о моём, любого собственного мнения, пусть оно и расходится с моим. Если бы я нуждался (требовал) лишь одного конкретного мнения, я бы вынес его в постскриптум каждой главы, как сделал это в повести "Земля-Сортировочная", дабы читатель не путался.
С чего же рецензенты вдруг решили, что я задумал Осташу как положительного героя, я судить не могу. Своих героев, вообще-то, я задумываю не "положительными" и "отрицательными", а теми, кому я сочувствую, и теми, кому не сочувствую. Осташе - сочувствую, но это не значит, что оправдываю во всём. Но я и не пишу романы с моралью. Не занимаюсь этическими прописями. До меня их уже сделали четыре довольно известных автора (Лука, Матфей и т.д.), и вряд ли у меня получится лучше. В одном из недавних ответов я уже формулировал, так сказать, своё кредо. Повторюсь: для меня литература - это не иллюстрация к морали, а рассказ о жизни со сверхбытовыми ценностями. Такая установка, конечно, переводит удар негодования с меня на общество (историю), но я и не хочу быть "стрелочником". То есть (пример): часть общества убийство старухи-процентщицы воспринимает как допустимое зло, но виноват в этом гражданин Достоевский - не фиг было ему говорить про это. Дерьмовый писатель, короче, и к тому же моральный урод.
С бесплатным распространением своих произведений в интернете я не борюсь, я не федеральная служба охраны авторских прав. Просто мне это не нравится - в плане моих финансовых потерь. С другой стороны, такое распространение - демократизация доступа к литературе и вообще промоушн, так что я должен быть только благодарен. Поскольку найти компромисс между этими двумя взаимоисключающими отношениями я не могу, я ничего и не делаю. Пусть будет как будет.
Из перечисленных вами книг я написал только "Сердце пармы". Странно, почему на моей странице не рекламируется, например, "Вечный зов"? Какая-то неуместная разборчивость менеджеров, право слово. В России ведь только один писатель Иванов - это я. Требую внесения "Вечного зова" на свою рекламную страницу (и отчисления процентов тоже)!
Надеюсь, Юлия, вы не в претензии, что я оставил в вашем письме сноску на ваш текст? Если в претензии - напишите мне, и админ её уберёт.

25.02.2007 Валерий

Уважаемый Алексей!
Я с огромным удовольствием прочитал Ваши романы. Ваш мир открыл для меня Леонид Володарский, радио "серебрянный дождь", Москва. Вопрос:
1, Будет ли у ВАС встреча, в ближайшее время, в Москве с читателями?
2, Мне кажется у Вас немного скучноватый сайт, разночтения с образами романов...Может стоит его переделать, украсить этно, книжными образами и т.д.? Вот и собственный пиар...
P.S. Ваши книги вызывают чувство собственного детства, когда хочется и радоваться и плакать одновременно от чего то глубоко личного и ранимого. СПАСИБО!
Но они поставили, для меня по крайней мере, планку, очень высокую планку: я сравниваю других авторов по Вашему уровню.
Желаю успеха! Ибо народ требовательно и пытливо ждет-с...

ответ

Уважаемый Валерий, большое спасибо!
Я благодарен и Л.Володарскому, на программу которого уже не раз читал ссылки на разных форумах.
Вы правы, Валерий: сайт скучноват. Но поскольку фирма делала его втрое дольше, чем обещала, да потом ещё какое-то время устраняла оставленные косяки, я уже и не решаюсь на какие-то перемены. По одному из принципов программирования: "Не улучшай!" Опять же, в России любое дело сопряжено с таким количеством геморроев, что и связываться не хочется.
В Москве у меня будет встреча с читателями 17 марта в 14 часов на ВВЦ, павильон 59, стенд издательства "Азбука" А-31, В-32. Об этом скоро появился объявление и в разделе "Новости".

25.02.2007 Надежда(Моск.обл)26.02.07

Здравствуйте, Алексей! Расскажите,пожалуйста, о ваших впечатлениях,когда вышла в свет первая книга. И почему в "Азбуке" ваши произведения выходили именно в таком порядке? Спасибо!

ответ

Дорогая Надя!
О порядке издания моих книг в "Азбуке" я, в общем, никогда и не задумывался. Этот порядок определяло само издательство, а я воспринял как должное. А что, разве что-то не так с этим порядком? По-моему, всё нормально.
А про свои эмоции от первой книги я рассказывал в интервью (в его названии что-то вроде "полчаса сумасшествия от радости", что ли). Оно есть на этом сайте. Но, обощая, могу сказать, что никакого особенного восторга не было. Передряги выжгли все надежды и превкушения настолько, что осталось единственное чувство облегчения: "наконец-то всё закончилось". "Эйфорить" уже не было сил.

23.02.2007 Афина Бэкет

Алексей! Дочитываю Ваш роман "Географи глобус пропил" с тоской, ностальгией и восхищеньем. Однако, учитывая, что Брежнев отдал Богу душу 10 ноября 1982 года, позвольте спросить, как в Перми можно было плавать на плотах в подвале на стройке. Мне помнится тогда уже лежал снег и было морозно. Этот день мне тоже врезался в память как точка отсчета в никуда, в липкое дурацкое оцепенение.

ответ

Дорогая Афина!
Спасибо вам за то письмо, которого на этом сайте нет.
А по поводу мореплавания в подвале... В середине ноября замерзают ещё далеко не все водоёмы, особенно - подвальные. Смею предположить, что вы, будучи девочкой, вряд ли ползали по подвалам долгостроев, а я, будучи мальчиком, просто был обязан ползать. Поэтому в своём освещении данного вопроса я не вижу противоречия с законами природы. Хотя это ведь и не важно - замёрзли тогда лужи в подвалах или нет, не так ли?

22.02.2007 Света

Здравствуйте, Алексей!
На предстоящей в педуниверситете конференции Вы будете выступать с отрывком из "Блуда и МУДО". Это первое Ваше публичное "зачитывание" части из нового романа? Или ранее уже были опубликованы отрывки из него? Каковы Ваши ожидания от аудитории учителей и ученых?
Всего доброго.

ответ

Уважаемая Света!
Да, это первое "зачитывание" (если оно состоится). И не только первое для этого романа, а вообще первое. Мне ещё не приходилось читать свои опусы на аудиторию. Не знаю, какие будут ощущения. Может, и дискомфорт.
Отрывочек из "Блуды" уже публиковался - в сборнике российских авторов к российско-китайской книжной ярмарке в Пекине (сентябрь 2005). Правда, на китайском языке, поэтому широкие массы российских читателей его вряд ли прочли.
А ожиданий у меня нет никаких. Как будет - так и будет, чего тут ждать особенного?

20.02.2007 Balthasar

Здравствуйте, Алексей!
Как-то увидел вашу фотографию и небольшое интервью в журнале "Psychologies" (то ли декабрь, то ли январь), потом читая статью Александра Гарроса в журнале «Эксперт» от 27 ноября 2006 г. я узнал что вы попали в небольшую аварию и после участвовали в фотосессии для одного гламурного журнала. Это случайно не та фотография? Выглядите молодцом. Также в своих интервью и высказываниях на сайте вы рассуждаете о гламуре. И как все умные люди от гламура вы дистанцируетесь (по крайней мере у меня такое впечатление). И опять же как умный человек вы вынуждены через гламур обращаться к широким массам: те же фотографии и интервью в гламурных журналах. А не противно?
В той же "Психологии" вас спрашивали о том что такое для вас успех. Ну,поскольку, уж всё вышесказанное в таком анти-гламурном духе то, что для вас значит противоположное понятие - неудача, провал? Какие события в своей жизни вы оцениваете как неудачу? Та же "Большая книга", что она для вас? А «Блуда и МУДО» - это случайно не об этом? В смысле, не о вашем отношении к неудачам и успехам?
С уважением.

ответ

Уважаемый Balthasar!
Да, именно в "Psychologies" я и ехал, когда вляпался в аварию. Поскольку меня фотографировали не на носилках в морге, то я и получился молодец. А с гламуром всё не так просто. Издание-то да, гламурное. Но его делают весьма интересные и адекватные люди, которые понимают, кому предназначен их продукт. Которые сами чаще всего гораздо умнее получающегося товара. Так что нет, ни в коем случае не противно. Тот гламур, в котором мне приходится принимать участие, - это, так сказать, формат, а не контент. Жить можно.
Неудачей я считаю вопиюще неадекватное следствие из какой-либо причины. Разумеется, если оно со знаком "минус". А впрочем, никто из нас не шагает по жизни сквозь одни лишь триумфальные арки, и все знают, что такое неудача и неуспех, так что и объяснять тут нечего. "Большую Книгу" я считаю своим провалом. Это моя личная оценка, и многие с ней не согласятся (и будут правы). Но мне для моей собственной дальнейшей жизни правильнее будет считать всё это именно провалом. На пользу он или во вред - время покажет.
"Блуда и МУДО" в том числе и об успехе как важном мифе нашей современной ментальности. Но когда до выхода книги остаётся уже немного, рассуждать об этом (то есть, дублировать свои рассуждения, уже имевшие место в романе) мне не хочется. Подождите чуть чуть, и - если вам будет интересно - прочтёте.

20.02.2007 Юля

Здравствуйте, Алексей!
Два вопроса совершенно лобовых и, наверняка, задававшихся в интервью, но которые хочется сформулировать и задать снова и именно сейчас - после "Большой книги" и перед выходом нового романа. 1) Что должно произойти в творческой жизни писателя Алексея Иванова, чтобы он мог уверенно сказать: "Это мой самый счастливый день!"? Что лично Вы считаете важнейшим показателем писательского успеха, главным критерием творческого признания? 2) Известна т.н. кессонная болезнь, поражающая водолазов в результате стремительного движения со дна на поверхность воды. Любые изменения внешнего статуса влекут изменения внутреннего состояния, более или менее заметные, существенные и осознаваемые. Что изменилось (если изменилось вообще) внутри Алексея Иванова, когда он понял, что его произведения получают признание и широкий интерес?
С уважением и огромной благодарностью за все сделанное Вами как писателем для меня как для читателя, Юля (Москва)

ответ

Дорогая Юля!
Вы всегда задаёте сложные вопросы.
Вообще-то я боюсь такого дня, о котором смогу сказать, что он - самый счастливый. А дальше как жить? По нисходящей? Не хочется...
Понятие "самый счастливый день" весьма неуловимо, только немец типа Гёте мог ляпнуть на него печать "Остановись, мгновенье!". Мне кажется, что счастье острее тогда, когда ты его почти не ждал, не верил в его возможность, не мог вообразить. С этой точки зрения иметь какие-то требования к "самому счастливому дню" бессмысленно. Всё равно, что считать инопланетян исключительно только зелёными человечками, а всех прочих синих или фиолетовых пришельцев считать неграми-мутантами.
А вот относительно творческого успеха, признания, критерий у меня есть. И это не гонорары, не премии, не топ-листы и не стадионы восторженно вопящих читателей. Это возможность реализовывать новые проекты. Если после какого-либо дела у тебя появилась такая возможность - значит, ты признан. А если нет, то всё остальное - просто шум, пена.
Значительных изменений в себе я не вижу, как и значительного "признания и широкого интереса". Мои тиражи в десять раз меньше, чем тиражи, например, Акунина или Пелевина (не говоря уж о Минаеве или Робски), так что говорить о широком интересе будет несколько самонадеянно. С признанием тоже напряжёнка, и свидетельство тому - пролёт в "Большой книге", а перед этим в Букере" и трижды в "Нацбесте". Для "признания" это чересчур необычно. Из всего этого следует то, что подъём мой неспешен, как и положено, и кессонная болезнь мне не грозит.

19.02.2007 Надежда(Моск.Обл)20.02.07

Здравствуйте, Алексей! Очень рада тому, что вы мне ответили! Спасибо за советы! Но я человек независимый, и кумиров у меня нет! Я разделяю понятия "фанат" и "поклонник"! Просто мне приятно иметь в своей библиотеке хорошую книгу с автографом ее автора!
А ценю я в ваших произведениях, помимо всего прочего, чувство юмора! До слез смеялась, читая, как Служкин излагает сюжет очередного боевика! Когда мне грустно, перечитываю страницы этого романа и повесть "Победитель Хвостика"!
А вопрос мой звучит так: Когда вы отвечали на вопрос Яны о судьбе малых народов Росии, вы упомянули имя Орхана Памука - новоиспеченного Нобелевского лауреата. А знакомы ли вы с творчеством нобелевского лауреата 2003 года Дж.М. Кутзее? Он тоже поднимает в своих произведениях этнографические проблемы.

ответ

Дорогая Надя!
Отдельное спасибо вам за "Хвостика".
Нет, Кутзее я не читал. Наверное, потом прочитаю. Но я не считаю себя писателем, поднявшим стяг борьбы за спасение малых народов. Хотя мне как гражданину эта проблема близка. Для меня вся подобная этнографичность - лишь костюм на носителе главного вопроса: на искателе собственной идентичности. В романах этнография мне нужна ровно настолько, насколько она помогает главному герою определиться с этическими ценностями в данной конкретной ситуации. Я всё-таки не Юрий Рытхеу и не Еремей Айпин - при всём моём уважении к этим незаурядным авторам.

19.02.2007 Марина

Есть у меня к вам один непростой вопрос, который можно задать с двух сторон. Первая сторона – ваши главные герои (Служкин, князь Михаил, Осташа, Отличник) словно какие-то сироты по жизни. Или рано потеряли родителей, или не чувствуется, что у них вообще есть родители. Причем, князь Михаил и Осташа все-таки имеют дорогой сердцу образ отца и матери, вспоминают о них. А вот для Отличника и Служкина – родителей нет ни в сознании, ни в реальности. Это случайно? Или нарушилась связь между поколениями и семья перестала уже быть и надежным тылом, и духовной опорой? Ведь интересно как получается, если есть духовная связь с родителями – и дети успешные, уверенные в себе, люди действия (Михаил и Осташа). А нет этой связи – и вот вам рефлексия, неуверенность, беспомощность. Даже больше того – в итоге алкоголизм и суицид, слепые витки эволюции. Что вы думаете по этому поводу?
А вторая сторона вопроса – это про мечту об острове Тенерифе. Каждый наверно мечтает о таком уголке, где можно хотя бы на время расслабиться, почувствовать себя в комфорте и безопасности. Ну почему так получается, что таким уголком не становится родительский дом или хотя бы память о нем?
С уважением, Ласточка.
И не волнуйтесь за форум. Он дикий, неуправляемый, непредсказуемый, как стихия, но живой.

ответ

Дорогая Ласточка!
Вы, конечно, правы - от родителей зависит очень и очень многое. Но ведь я писал вовсе не о взаимосвязи жизненного успеха с наличием полноценной семьи. Есть "принцип Оккама": не умножай сущности сверх необходимого. Рассказывать о семьях Отличника или Служкина - это уже "сверх необходимого", потому что оба они люди, определившие свои жизненные ценности. Генезис этих ценностей для истории, которую я рассказываю, необязателен. Точнее - традиционен. То есть, в норме. Поэтому о нём и речи не идёт - "ничего особенного". Следовательно - "по умолчанию" подразумевается, что с семьями у героев всё в порядке.
Мои романы ведь не семейные саги, мне незачем трясти генеалогические древа. Да я и не люблю этот детективный психоанализ.
Кстати, не я один. Почему у Онегина есть только дядя? А где его папенька? Дело нечисто... А почему ничего не сказано о комплекте родственников Печорина? Где матушка Пьера Безухова, родившая сыночка вне брака от екатерининского фаворита (здесь вообще бездна трактовок образа Пьера!). Что сделали со своими родителями Анна Каренина и её непутёвый братец? Почему Есенин писал письма мамочке, а папочке не писал? И вообще: где родословная Муму? Может быть, пёсик страдал эдиповым комплексом, - а это в корне меняет картину злодеяния Герасима!
Простите, конечно, меня за ехидство, дорогая Ласточка.
Теперь о "Тенерифе". Для Отличника Тенерифа - это не место, где можно "расслабиться, почувствовать себя в комфорте и безопасности". Такое место найти не сложно и помимо родительского гнезда. Оно называется "курорт" (российские не предлагать). Например - на острове Тенерифа в Гавайском (кажется) архипелаге. Для Отличника Тенерифа - "остров счастливой любви", причём любви именно юноши и девушки. На таком острове место только для двоих. Этот остров не может быть родительским домом, потому что там, кроме влюблённых, присутствуют как минимум ещё двое, которые в данный момент не нужны, - папа и мама. Хоть это звучит довольно цинично, но это так. Или вы сама не влюблялись, Ласточка?
Да и вообще, при всей абстрактности романа пытливый читатель через некоторое время догадается, что действие происходит в России. А какие в России семейные гнёзда? Хрущовки? (Представить Отличника славным деревенским пареньком у меня мозги не поворачиваются). В общем, опять всё это уводит нас слишком далеко от изначальной истории. В этих подробностях мы погрязнем, как в океане, и забудем, зачем взялись его переплывать.
Всего хорошего вам, дорогая Ласточка!

18.02.2007 Алексей

Здравствуйте, Алексей!
Спасибо, за ответ, рад был получить его так быстро! Все-таки здорово, когда есть обратная связь между писателем и читателем! Редко, когда писатель запросто отвечает своему читателю, тем более так искренне и добросовестно, как это делаете Вы. Еще раз хочу поблагодарить Вас за удивительные по своей новизне и силе романы! Я получил и получаю огромное удовольствие: пока Вы писали мне ответ, успел почти прочитать «Сердце Пармы», приобрел «Географа».
Осташа – это молодой человек, который пытается удержаться в бурном потоке жизни, стремится к конкретной цели, и в тоже время хочет остаться самим собой. Он - один из символов современного молодого поколения. Роман, как писал Стендаль, - это зеркало, в котором мы видим самих себя. Многие молодые люди воспримут Осташу как образец для подражания. Вот почему нравственные основы имеют такое большое значение. Хотя конечно, не все так «глубоко копают», как я. Многим просто интересно читать. Я думаю, что Переход до конца свою правду еще не нашел. Он в пути. Как писал тот же Стендаль, роман – это еще и дорога, он показывает читателям, куда им можно, и куда нельзя идти. Книга, считаю, не окончена. Много вопросов, на которые лично я не получил ответа. Поэтому было бы здорово увидеть её продолжение.
Одна из моих самых любимых книг – «Печальные тропики» Леви-Стросса, об исчезающей индейской цивилизации амазонского бассейна. Она, правда, очень грустная.
Автор писал, что самыми счастливыми были те этнографы, которые застали чужие цивилизации в момент, когда их уклад еще не был разрушен европейцами. Вы воскресили, пусть образно, древнюю лесную цивилизацию Урала. И у меня было чувство, что вы сами ее видели: настолько все достоверно описано. Честертон говорил, что об истории должны судить не профессора, а писатели, так как они больше знают о человеческой душе. Ваши романы – прекрасное доказательство его правоты.
Алексей. Воронеж

ответ

Здравствуйте, Алексей.
Спасибо за добрые слова. И спасибо за то, что вы увидели "современность" в моём герое. Для меня это важно. Но не придавайте литературе чересчур большого значения. Сомневаюсь, что "многие молодые люди воспримут Осташу как образец для подражания". Уже не то время, когда подражают литературным героям. И то, что Осташа своей правды не нашёл и "ещё в пути" - это так. Он же "Осташа Переход", а не "Осташа Финиш". Лично я не верю в правду, которую нашли, но верю в тех, кто её ищет. С Честертоном я согласен, хотя не считаю себя знатоком человеческой души. А вот продолжения "Золота бунта" не будет ни в коем случае. Сказанного в романе достаточно.

15.02.2007 Яна

Здравствуйте,Алексей!На днях наткнулась на передачу К.Набутова о манси.Один день из жизни шамана и обитателей стойбища.В основном видеоряд:рука,наливающая в стакан водку и рука шамана,алчно берущая стакан и отправляющая зелье в рот.Рассказ о том,как устроена жизнь в стойбище кончается тем,что мужчин трое,а женщина одна и поэтому- полигамия и инцест.Вобщем,такое ощущение,что автору абсолютно до фонаря проблемы этого пьяного шамана-был бы рейтинг.Как Вы считаете,нужно ли так рассказывать о малых народах и если нужно,- то как?

ответ

Здравствуйте, Яна! Рад, что вы посещаете мой сайт по-прежнему.
Конечно, рассказ о малых народах в подобном ключе - это московское свинство, закамуфлированное под гражданскую скорбь. Хотя, давая такую оценку, я сужу лишь по вашей интерпретации этого сюжета. Сам я его не смотрел.
На мой взгляд, малые народы обречены, потому что вернуться к традиционному образу жизни цивилизация им никогда не позволит, а вне этого образа жизни они вымрут. А резервация (в хорошем значении этого слова, в смысле - "резерв", а не "гетто"), на мой взгляд, это превращение этнографии в театр. Я не знаю технологий сохранения таких культурных кодов, я же не социолог. Может, они и есть. Но вряд ли в России они когда-либо будут применены вовремя. Я вижу только один способ сохранения - сохранение в искусстве. Как в сбережении непосредственных произведений мастеров этих культур, так и в отражении этих культур в современных, актуальных произведениях искусства - в романах, в фильмах, в компьютерных играх, в театральных действах. Но для такого отражения нужен очень развитый вкус. Иначе всё превратится либо в истеричный пафос, либо в скукоту, как хороводы ряженых на "Голубых огоньках" советского времени, либо в "подвёрстку" исконных культурных кодов под европейские, где какой-нибудь батыр-Прометей с помощью шамана будет похищать огонь у Зевса по имени Ен с Олимпа-Пуррамонитура. Примеров проявления такого вкуса я могу назвать совсем немного. Скажем, как-то я смотрел какой-то потрясающий мультик по сказаниям айнов с Сахалина... Как это ни горько, но мне кажется, что вот только такие мультики и останутся от многих и многих малых культур. Это потому, что мы дикари и деграданты, и нам с нашими посконными рылами не место в культурно-калашном ряду. А Куросава и Памук появляются только там, где не привыкли плевать себе на ботинки.

15.02.2007 Алексей

Здравствуйте, Алексей !

Хочу выразить Вам огромную признательность за книги! Наконец-то в отечественной литературе появились настоящие этнографические романы! В наше время они необходимы как воздух. Мир сильно усреднен, самобытного остается катастрофически мало.
Вы воскрешаете давно ушедшие времена с легкостью волшебника. Многие пытались писать исторические романы, но у кого-то получалось слишком фантастично, у кого-то слишком документально, и только Вам удалось соединить сказку и быль, мифы и летописи в единое целое. Я всегда чувствовал, что жанр реализма слишком скучен, сказка осталась где-то в детстве. Вот если бы удалось написать роман о реальности, но по сказочному. И вам это удалось.

А теперь вопрос.

В романе «Золото бунта» говорится, что русским людям, в первую очередь, нужно общее дело, тогда они консолидируются и прекратится разброд и шатание.
Главный герой в кульминационный момент бросает барку на скалу и обрекает людей, поверивших в него, на смерть, ради своей личной правды – найти золото и раскрыть тайну гибели отца. Общее дело – довести барку с грузом и людьми до места назначения - ставится ниже личной правды. В момент принятия решения разбить барку Осташа думает как Конон: нет добра и зла, есть только зло во имя добра. Дальнейшее развитие событий подтверждает правильность этой мысли: Осташа добывает золото, становиться единственным лучшим сплавщиком на реке, обретает семью.
В чем разница между правдой Осташи и правдой Конона и Колывана? Почему одна должна быть выше другой? Они, по сути, хотят одного и того же - быть первыми. И для этого годятся все средства: зло другим во имя личного добра. Герой по ходу романа освобождается от всех иллюзий по поводу некоей высшей правды, бога, заповедей и принимает единственную философию, потому что она идет от жизни: побеждает сильнейший.
На мой взгляд, правда должна быть выше человека: правда общего дела выше правды личности, божья правда – выше народной.
К чему тогда в романе все эти правдоискательские разговоры, если все, так или иначе, сводится к личности? Все, что мы имеем, это мир, построенный по законам американского вестерна: придет мистер Кольт и рассудит, кто прав.

Вот какая страшная картина получается! Можете ли вы меня переубедить?

ответ

Здравствуйте, Алексей.
Попробую переубедить, потому что сам я нравственные итоги собственного романа вижу иначе... Хотя вывод делают не герои и не автор, а читатели. Финал - всегда в душе у читателя, и если вы задаётесь такими вопросами, то, в общем, всё - не зря, и ошибки тоже.
Начнём с обстоятельств. Осташа не губит людей, разбивая барку. Я специально сбросил со скалы не только Никешку, но и Осташу, и Чупрю, и Колывана. Осташа, Чупря и Колыван остались живы и выплыли из-под скалы. Значит, и бурлаки с барки могли выплыть. Они не были обречены. Да, Осташа подверг их жизнь риску, но не обрёк на смерть. Это разные вещи.
То, что в мире нет добра, - вывод Осташи не о жизни в целом, а об инструментах изменения этой жизни. И мысль эта весьма и весьма не нова. Осташа не стремится быть первым. Он уверен, что первое место и так принадлежит ему, потому что он наследник своего отца. Стоит Осташе начать командовать баркой - и он сразу станет первым, иначе быть не может (таково его убеждение). Поэтому его цель - не доказательство своего первенства, а получение права вести барку. И в жизни, и на сплаве побеждает не сильнейший, а лучший, об этом Осташе и говорил Конон. (Эта же мысль и в поведении мастера Кафтаныча.) Осташа ищет даже не разгадку тайны гибели отца (тем более - не золото, которое он не берёт), а ответ на вопрос: кто прав - Переход или Конон. Этот ответ можно понять, только узнав обстоятельства гибели Перехода. Вот Осташа и допытывается.
Правда Перехода - она для всех. Добиваясь этой правды, Осташа не ищет никакой личной корысти. Личная корысть - сохранить барку (и едва заработанный авторитет), а Осташа барку бьёт, понимая, что рушит свой авторитет. Когда он это делает, он потрясён собственной жестокостью и думает, что его "сплавщицкая тайна" заключена в словах "Бью барку!". Но в момент катастрофы молится-то он о другом. Он просит бога: "Спаси их всех!", и эти слова как раз и есть его "спавщицкая тайна". Потому что правда Перехода, за которую бьётся Осташа, - она для всех, она общая, и это не "правда Кольта", то есть Конона. Вряд ли она, правда Перехода, возможна для осуществления в реальном, житейском мире, но она есть, и жестокая мудрость Конона - не абсолют. В общем-то, этот вывод - единственная мораль романа.
Хотя мне не хочется сводить роман к какой-то морали. Не проще ли тогда, как писал Курт Воннегут, "отбить телеграмму в десяток слов", да и всё, а не воротить текст на 700 страниц. Мне представляется, что романы пишутся (и читаются) не для морали, а для опыта жизни со сверхбытовыми ценностями.

страница: 11 из 207

+7 (912) 58 25 460

1snowball@mail.ru

продюсер
Юлия Зайцева

Instagram